<< Главная страница

Глава 70



ЛЕДЯНОЕ ДЫХАНИЕ СМЕРТИ
Впервые король Кастилии Альфонсо XIII почувствовал себя плохо вечером во время заседания Государственного Совета. Внезапно у него закружилась голова, перед глазами поплыли разноцветные пятна, на лбу выступил холодный пот, а все тело прошиб озноб. Он мертвенно побледнел, пошатнулся и, наверное, упал бы с кресла, если бы его не поддержал камергер.
Члены Совета тотчас прекратили прения и устремили на короля встревоженные взгляды. Губы графа Саламанки тронула злорадная усмешка, но он тут же спрятал ее и изобразил на своем лице искреннее участие - даже чересчур искреннее, подозрительно искреннее.
Между тем король мягко отстранил от себя камергера, кивком поблагодарив его за помощь. Озноб и головокружение прошли. Он вытер со лба испарину, вяло улыбнулся и сказал:
- Все в порядке, господа. Верно, я переутомился.
А внутри у него что-то оборвалось.
"Господи! - подумал Альфонсо. - Неужели Шатофьер прав?.. Господи, я еще так молод, я так хочу жить... Ах, Фернандо, Фернандо! Как же ты мог, Каин?.."
Он с трудом проглотил застрявший в горле комок и продолжил совещание.
На следующее утро король был уже не в состоянии подняться с постели. Им овладела необычайная слабость, мысли едва ворочались в его голове, которая время от времени начинала кружиться, и тогда перед его глазами выплясывали свой зловещий танец разноцветные пятна неприятных, отталкивающих, ядовитых оттенков. Чуть позже, к обеду, его затошнило и то и дело рвало; вскоре его стало рвать желчью. Лекари, которые всего неделю назад уверяли его, что он совершенно здоров, теперь то хватались за головы, то беспомощно разводили руками; они никак не могли взять в толк, что же происходит с их королем.
На третий день тошнота прошла, но это не обмануло Альфонсо. Слабость все больше одолевала его. Даже незначительное умственное напряжение быстро утомляло, он слишком много спал, очень мало ел - у него напрочь пропал аппетит, и каждый кусок пищи ему удавалось проглотить лишь ценой невероятных усилий.
Перечитав реляции своего посла в Риме о течении болезни святейшего отца, Альфонсо избавился от последних сомнений и одновременно лишился последних надежд - его, как и папу, отравили, причем тем же самым ядом.
Открыв эту ужасную истину, отравленный король ничем не выдал своих подозрений. Прекрасно понимая, что сейчас сторонники Инморте и Фернандо начеку, Альфонсо отверг соблазн послать навстречу Эрнану гонца с распоряжением немедленно казнить Фернандо. Он знал, что его письмо вряд ли дойдет по назначению, и этим он лишь откроет врагу все свои карты, не говоря уж о том, что приговорит гонца, в сущности, ни в чем неповинного человека, к почти неминуемой смерти.
Альфонсо оставалось только ждать и надеяться, что у Эрнана хватит ума превысить свои полномочия, или же, в крайнем случае, что он будет строго придерживаться полученных указаний передать ему брата из рук в руки, угрожая тут же прикончить его, если кто-то попытается воспрепятствовать этому. И тогда, как уже твердо решил Альфонсо, Фернандо живым из его спальни не выйдет.

Наши друзья прибыли в Толедо пополудни на седьмой день болезни короля. Дворцовая стража была предупреждена заранее, и как только Эрнан назвался, его немедленно провели в королевскую опочивальню.
При виде вошедшего Шатофьера Альфонсо приподнялся на подушках и велел всем присутствующим оставить их вдвоем. Усталый взгляд его оживился, дыхание участилось, а на щеках от волнения проступил слабый румянец.
- Ну! - нетерпеливо произнес он, едва лишь двери опочивальни затворились за последним из вышедших дворян.
Эрнан почтительно поклонился:
- Государь! Согласно вашему приказанию, ваш брат дон Фернандо, граф де Уэльва, был казнен утром восьмого ноября в замке Калагорра, принадлежащем дону Клавдию, графу де Эбро. Приговор был приведен в исполнение именем вашего величества, с согласия вышеупомянутого сеньора дона Клавдия и с соблюдением всех необходимых формальностей.
Альфонсо облегченно вздохнул. Томительная неопределенность последних дней наконец была разрешена, и у него будто гора с плеч свалилась. Он вяло махнул рукой, указывая на стул возле кровати.
- Прошу садиться, господин граф. Расскажите все по порядку.
Эрнан осторожно устроился на довольно хрупкого вида стуле и поведал королю обо всем, что произошло в Калагорре, не преминув также упомянуть и про отряд гвардейцев, явно пришедших на выручку Фернандо.
- Это Саламанка, - промолвил Альфонсо. - Определенно, это его рука. Оказывается, он знал больше, чем я полагал... Нет, это безобразие! Это уже ни в какие рамки не вкладывается. Я еще жив, я еще в здравом уме и твердой памяти, а мои в е р н ы е вельможи уже закусили удила. Черт-те что вытворяют! И что мне с ними делать, ума не приложу... Впрочем, с ними пусть Бланка разбирается, уж она-то найдет способ их усмирить. А я... Хотите верьте, граф, хотите нет, но я чувствую на своем затылке дыхание смерти... оно ледяное... Старуха с косой настигает меня.
Любой царедворец на месте Эрнана принялся бы убеждать короля в обратном, но Эрнан не был царедворцем. Он промолчал. Негоже, думал он, утешать королей. Это унижает их достоинство.
- Но нет! - спустя минуту отозвался Альфонсо. - Одно я все-таки сделаю. Позовите хранителя печати, господина де Риаса, он должен быть в соседней комнате.
Эрнан исполнил просьбу короля. Хранитель печати действительно находился в соседней комнате, ожидая, когда освободиться король, и по приглашению Шатофьер вошел в спальню.
- Господин де Риаса, - сказал Альфонсо. - Велите арестовать помощника главного кравчего Трухильо и повесить его... Нет, не сразу. Сначала подвергните его пыткам, пусть признается, кто подговорил его отравить меня, пусть выложит все, что ему известно. Пытайте его подольше, выжмите из него все, что можно, а как только увидите, что ему уже нечего сказать по делу и он начнет признаваться в несуществующих грехах и возводить напраслину на других, отправьте его на виселицу. Смертный приговор я подпишу позже; кстати, распорядитесь, чтобы его подготовили. Формулировка: государственная измена.
Хранитель печати молча поклонился и направился было к выходу, но король задержал его:
- Нет, постойте! Вот еще что. Через час созовите Государственный Совет - я назову имя наследника престола. Теперь вы свободны, сударь, оставьте нас.
Г-н де Риаса вновь поклонился и вышел. За дверью послышались его слова, обращенные к гвардейцам из охраны: "Вы двое - за мной".
- Ну что ж, - сказал Альфонсо. - Раз Фернандо нет в живых, мне уже нечего бояться за Бланку. Она может спокойно приезжать в Толедо, сейчас ее присутствие здесь просто необходимо - ведь она будущая королева Кастилии.
- По моим подсчетам, - произнес Эрнан, - госпожа Бланка прибудет самое позднее через неделю.
Король вздохнул.
- Дай мне, Господи, еще хоть неделю жизни. Я так хочу повидаться напоследок с сестрой... Я же покрепче святейшего отца... Вы хотите что-то сказать, граф?
- Да, государь. У меня к вам одна просьба.
- Так говорите же.
- Я более чем уверен, государь, что ваша сестра явится к вам вместе с принцем Филиппом...
- Это было бы желательно, господин граф. К сожалению, времени мне отпущено слишком мало, и я вряд ли успею добиться у императора согласия освободить Филиппа от обязательства, данного им в отношении его дочери Анны. Так что мне остается только положиться на свою последнюю волю. Думаю, Филипп найдет ее достаточным и вполне веским оправданием для себя, если он решится взять свое слово обратно. Надеюсь, Август Юлий с пониманием отнесется к его поступку.
Теперь пришла очередь вздыхать Эрнану.
- Как раз этого я и боялся... Так, стало быть, вы хотите, чтобы Филипп женился на госпоже Бланке?
- Я очень этого хочу. Лучшего короля для Кастилии, чем Филипп, не сыщешь... А чего, собственно, вы боитесь?
- Буду с вами откровенным, государь, - сказал Шатофьер. - Я боюсь, что Филипп не устоит перед искушением и исполнит последнюю волю вашего величества, о чем впоследствии будет горько сожалеть. Сейчас он не в состоянии принимать взвешенные решения, он безумно любит вашу сестру, к тому же есть основания полагать, что она ждет от него ребенка...
- Даже так? Тем лучше. Тогда у Кастилии будет и король, и королева, и наследник престола... Но почему вы считаете, что это будет неразумным решением со стороны Филиппа?
- Потому что его истинное призвание - стать королем Галлии во имя ее грядущего могущества и процветания. Я убежден, что именно ему суждено собрать все галльские земли - во всяком случае, большинство их, - в единое государство. Прошу великодушно простить меня, ваше величество, я очень уважаю вас и с уважением отношусь к вашей стране, но Галлия - моя родина.
- Ага, понятно! Значит, вы пламенный патриот своей земли?
- Можно сказать и так. Впрочем, не буду лукавить перед вами, настаивая на своем бескорыстии. В равной степени мною движут и личные мотивы... Или эгоистические - это уж как вам будет угодно их назвать. Именно с Филиппом связаны все мои планы на будущее, но если он женится на госпоже Бланке, я останусь у разбитого корыта. Кастилия, быть может, и примет Филиппа за своего; наверное, так оно и произойдет. А вот я всегда буду для нее чужаком, здесь мне ничего не светит. Самое большее, на что я могу надеяться, это быть презираемым всеми временщиком. Поэтому, государь, я категорически против того, чтобы Филипп и ваша сестра поженились. Я не обещаю вам, что не стану препятствовать их браку. Напротив, можете быть уверены, что я сделаю все от меня зависящее, чтобы расстроить его. Я слишком горд и честолюбив, чтобы вот так, без борьбы, смириться со своим поражением. Простите за прямоту, государь, но я, из уважения к вам, не считаю себя вправе что-либо скрывать от вас.
Некоторое время Альфонсо молчал, погруженный в глубокие раздумья.
- Ну что ж, господин граф, - наконец промолвил он. - Я обязан вам тем, что после моей смерти корона моих предков возляжет на достойное чело, и было бы черной неблагодарностью с моей стороны забыть об этом и проигнорировать ваше пожелание. Так тому и быть: я не буду настаивать на том, чтобы Филипп женился на Бланке, хоть и считаю это целесообразным. Пусть он сам решает, как ему поступить... А теперь, прошу, оставьте меня. Я хочу немного отдохнуть, прежде чем соберется Государственный Совет. Приходите и вы с господином д'Альбре. Посмотрите, какие будут лица у моих вельмож, когда я сообщу им о казни Фернандо и объявлю Бланку наследницей престола... Ах да, чуть не забыл! Как будете выходить, вызовите ко мне капитана гвардии, господина де ла Куэва. Надо немедленно взять под стражу графа Саламанку и первого министра, пока они не сбежали. Ведь я все еще король, не так ли?..



Эпилог
КОРОЛЕВЫ НЕ ПЛАЧУТ
Хоть как Бланка с Филиппом ни торопились в Толедо, узнав о болезни короля, они чуть было не опоздали, и только благодаря тому, что на полпути Бланка, невзирая на горячие протесты Филиппа, решила пересесть из кареты на лошадь, им все же удалось опередить смерть на несколько часов.
Ко времени их прибытия Альфонсо еще оставался в сознании, но последние силы неумолимо покидали его. Он уже исповедался, причастился и теперь неподвижно лежал на широком ложе в просторной опочивальне, тихим, но все еще твердым и уверенным голосом диктуя секретарям свои последние распоряжения: такую-то сумму он завещает такому-то монастырю с тем, чтобы была отмечена годовщина его смерти, такую-то реликвию он преподносит в дар собору Святого Иакова Компостельского, таких-то своих дворян он вознаграждает за верную и переданную службу, и прочее, и прочее. В опочивальне собралась королевская родня, государственные сановники, могущественные вельможи - гранды Кастилии, высшее духовенство, просто приближенные короля, а также городские старейшины и послы иноземных держав. Все они с нетерпением ожидали появления наследницы престола, которая только что прибыла во дворец и сейчас второпях приводила себя в порядок с дороги, чтобы предстать перед братом в надлежащем виде.
Ожидание длилось недолго, и вскоре в дверях опочивальни появилась Бланка в сопровождении Филиппа, Гастона д'Альбре и Эрнана де Шатофьера. Присутствующие мигом умолкли и почтительно расступились перед ней. Заблаговременно предупрежденный король прекратил диктовать, перевел свой взгляд на сестру и слабо улыбнулся ей. Бланка остановилась у изголовья его ложа и встала на колени.
- Брат...
- Рад снова видеть тебя, - сипло произнес Альфонсо, тон его потеплел. - Как раз тебя мне очень не хватало, сестренка. Присаживайся, поговорим.
Бланка села на стул, услужливо пододвинутый ей королевским камергером, и устремила на брата грустный взгляд своих больших карих глаз. На ее ресницах заблестели слезы.
- И вы, Филипп, тоже подойдите ко мне, - добавил Альфонсо. - Мой лучший друг и моя лучшая подруга - вы оба со мной в мой смертный час... Пусть Нора не обижается, она была любимицей отца, но ты, Бланка, всегда была мне ближе, дороже, роднее...
- Я знаю это, брат, - тихо сказала Бланка. - Я тоже люблю тебя.
Они помолчали, вспоминая прошлое. Филипп смотрел на истощенного болезнью короля, которого всего полтора месяца назад он видел цветущим, полным жизненных сил и здоровья, и постепенно в нем закипала ярость. Произошло цареубийство - не преступление против отдельной человеческой жизни, но преступление против всего человечества. Убить наместника Божьего, значило покуситься на самые основы существующего строя. Как и всякий властелин, Филипп отождествлял себя с государством, а государство воспринимал как самодостаточную ценность.
- Недолго я правил, - наконец заговорил король. - Полгода, каких- нибудь шесть месяцев. Столько всего хотел сделать... Но, увы, не успел...
- Ты много сделал для страны, - всхлипывая, прошептала Бланка. - Очень много...
Альфонсо утвердительно кивнул - одними лишь веками, которые опустились, а спустя мгновение поднялись вновь.
- Надеюсь, потомки не забудут, что это при мне Испания окончательно освободилась от мавров. Короли ведь рождаются не для долгой жизни, но для славы... - Заметив, что по щеке Бланки катится большая слеза, он умолк и огляделся: с появлением наследницы престола присутствующие отступили, образовав вокруг его ложа широкий полукруг. Возле короля оставались только Бланка, Филипп и Констанца Орсини - сегодняшняя королева, завтрашняя вдова. Эта последняя значила что-то лишь для Альфонсо, а в глазах всех прочих она уже была тенью прошлого. На свою беду, она не смогла родить ни одного ребенка, чтобы после смерти мужа называться королевой-матерью.
Из всех присутствовавших в опочивальне умирающего короля сидел только один человек - Бланка.
- Не надо плакать, сестра, - ласково сказал Альфонсо. - Тебе нельзя плакать. Королевы не плачут. - Он повысил голос и громко произнес: - Мои могущественные вельможи, гордость и украшение всего государства нашего, подойдите-ка ближе.
Вперед выступили собравшиеся здесь кастильские гранды. Они приблизились к королевскому ложу и встали так, что Филипп оказался как бы в их числе.
- Господа, - сказал король. - Перед вами принцесса Кастилии Бланка, моя сестра и старшая дочь моего отца, которая, согласно обычаям наших предков и по законам, освященным церковью Христовой, станет вашей королевой в тот самый миг, когда я, по воле Божьей, перестану быть вашим королем... - Он немного помолчал, собираясь с остатками сил. - Господа! Мои могущественные вельможи! Недавно вы единодушно одобрили мое решение лишить преступного брата моего Фернандо его преступной жизни и завещать престол сестре моей Бланке и ее потомкам.
Вельможи утвердительно зашумели.
- А сейчас, - спросил король, - не сожалеете вы об этом?
- Нет, государь, - ответил за всех грандов старейшина, герцог де Самора. - Мы свято чтим законы и обычаи наших предков и полны готовности исполнить вашу королевскую волю.
- И вот перед вами я, умирающий, - продолжал Альфонсо. - И вот вам моя последняя воля: служите верой и правдой своей королеве, служите ей не за честь, а за совесть. Она еще слишком юна, так что помогайте ей править, и не только мечами своими, хоть и они у вас доблестные, но и мудростью и опытом своим. Будьте ей надежным оплотом во имя вящего могущества, дальнейшего процветания всего королевства нашего и роста благосостояния всех наших подданных. Так поклянитесь же в этом!
- Клянемся! - дружно произнесли вельможи.
Тогда король посмотрел на Филиппа.
- Вам, кузен, - произнес он, - я не вправе приказывать быть моей сестре верным слугой. Так будьте же ей верным другом, как были вы другом мне, и будьте ее верным союзником... А еще я завещаю вам свою месть - то, что я хотел, но не успел сделать при своей жизни. Уничтожьте эту мерзость, которая спекулирует именем Спасителя, сея ненависть и вражду среди людей. Очистите землю от этой скверны - ордена иезуитов.
- Теперь это мой долг, - просто ответил Филипп.

Альфонсо XIII, король Кастилии и Леона, скончался в ночь на 17 ноября 1452 года во втором часу пополуночи. В мертвой тишине, воцарившейся в опочивальне после этого известия, первый камергер короля закрыл покойнику глаза и снял с его иссушенного болезнью пальца золотой перстень с печаткой, который, согласно преданиям, принадлежал еще вестготскому императору Теодориху. Затем он преклонил перед Бланкой колени и протянул ей перстень.
- Ваше величество...
Бланка приняла из рук камергера этот символ королевского достоинства и судорожно сжала его в ладони, едва сдерживая слезы. Перстень был слишком велик для ее тонких, изящных пальцев - так и ноша абсолютной власти казалась непосильной для этой юной и хрупкой с виду девушки, которая, как наивно полагал кое-кто из присутствующих, нуждалась в крепком мужском плече, чтобы надежно опереться на него.
Бланка, новая королева Кастилии и Леона, обвела туманным взглядом собравшихся и остановилась на Филиппе. Прежде она гнала прочь мысли о возможной смерти Альфонсо, до последнего мгновения она надеялась на чудо, но, когда неизбежное произошло, она вдруг поняла, чтч это для нее значит.
"Знаю, сейчас даже думать об этом негоже, - как будто говорил ее взгляд. - Знаю... И мне очень стыдно за свои мысли, поверь. И все же... Ведь теперь галльская корона не стоит между нами, правда? Вместо нее я предлагаю тебе корону Кастилии - ничем не хуже, а может быть, и лучше галльской..."
Филипп виновато опустил глаза.

Лишь после того, как забальзамированное тело Альфонсо XIII перенесли в собор Толедской Божьей Матери, чтобы народ имел возможность попрощаться со своим королем, Бланке удалось встретиться в Филиппом наедине.
Они долго стояли молча, пристально глядя друг другу в глаза. Бланка была одета во все белое - цвет траура для королев, лицо ее было бледным, под стать траурным одеждам, и только на щеках еле заметно проступал слабый румянец.
- Итак, - наконец произнесла она. - Ты уже принял решение?
- Да, - понуро кивнул Филипп. - После похорон Альфонсо я еду в Рим и там женюсь на Анне Юлии.
- Но почему? Ты уже разлюбил меня?
Филипп опустился в кресло и тяжело вздохнул:
- Милая моя девочка! Пойми, когда речь идет о государственных интересах, о чувствах следует позабыть. Я люблю тебя, родная, очень люблю, но я не могу жениться на тебе. Прежде всего я государь, и лишь потом - человек. И как человек, я хочу быть с тобой, я так хочу любви, счастья, обыкновенного человеческого счастья, хочу, чтобы мы жили вместе, вместе воспитывали наших детей... К сожалению, обстоятельства оказались выше нас, и мы должны смириться с этим, достойно принять обрушившийся на нас удар судьбы. Если бы ты знала, с каким трудом мне далось это решение, как велик был соблазн поступить по-человечески, а не по-государственному...
Глаза Бланки потемнели:
- Ты врешь, Филипп! Просто ты разлюбил меня, я уже надоела тебе. И теперь тебе наплевать на нашего ребенка. - Она гневно топнула ножкой. - Какой же ты подлец!.. Милый!.. - Из груди ее вырвалось сдавленное рыдание.
Филипп встал с кресла и подошел к ней.
- Ну, нет, Бланка. Так не годится. Ведь ты королева, старшая дочь Кастилии. - Он обнял ее за плечи. - А я сын Галлии. И я не вправе допустить расчленение моей страны, что неминуемо произойдет, если Гасконь подпадет под влияние кастильской короны. Прованс и Савойя не замедлят присоединиться к Германскому Союзу - и тогда всему конец, галльская государственность будет подрублена на самом корню. Это тем более недопустимо сейчас, когда у меня есть уникальный шанс объединить Галлию, превратить ее из союза самостоятельных княжеств в мощное централизованное государство... Мало того, мне предоставлена возможность положить начало объединению всех галльских земель в Великую Галлию - и если я упущу эту возможность, мне не будет прощения. Современники станут презирать меня, а потомки назовут меня преступником и негодяем.
- А ты и есть негодяй! - в отчаянии воскликнула юная королева. - Жестокий, бессердечный негодяй!
- Бланка, Бланка! - почти простонал Филипп, лицо его исказила гримаса боли. - Не разрывай мне сердце, милая моя, любимая... И прости меня, родная...
Он опустился перед ней на колени и совершенно неожиданно для себя зарыдал - громко, безудержно, безутешно. Слезы обильно текли из его глаз, увлажняя снежно-белую ткань траурных одежд Бланки. Так горько и больно ему не было еще никогда, даже когда умерла Луиза, ибо только становясь взрослыми, мы начинаем в полной мере осознавать, какая это большая ценность - любовь, и что для нас значит ее потеря.
А Бланка изо всех сил сдерживала слезы - королевы не плачут.

И спустя много-много лет, листая в памяти пожелтевшие от времени страницы прошлого, Филипп скажет, что именно тогда, в тот самый день закончилась его юность, и он сделал самый главный во всей своей жизни выбор. В тот день он окончательно и бесповоротно выбрал себе страну - всю Галлию, от Бретани и Нормандии до Пиренеев и Альп.

КОНЕЦ



Приложение 1
ДЕЙСТВУЮЩИЕ И УПОМИНАЕМЫЕ ЛИЦА
(сведения даны по состоянию на начало 1452 года;
более подробно о родственных связях см. генеалогические
таблицы)



Главные:
Ф и л и п п А к в и т а н с к и й ( Ф и л и п п К р а с и в ы й ), граф Кантабрии и Андорры, первый принц Галлии; сын герцога Филиппа III Аквитанского и принцессы Изабеллы Галльской*[14], племянник короля Галлии Робера III. 20 лет. --------------------------------------------------------------
14 Здесь и далее *звездочкой отмечены умершие к 1452 г.

Б л а н к а К а с т и л ь с к а я , графиня Нарбоннская; дочь короля Кастилии Фернандо IV и Бланки Португальской*; замужем за графом Александром Бискайским. 16 лет.
М а р г а р и т а Н а в а р р с к а я , дочь короля Александра X и Маргариты Кастильской*; наследная принцесса Наварры. 17 лет.
Э р н а н д е Ш а т о ф ь е р , граф Капсирский; сын Армана де Шатофьера* и Розмари дю Плесси де Шатофьер*; рыцарь ордена Храма Сионского. 20 лет.



Прочие:
А в г у с т X I I Ю л и й , король Италии (император Римский) с 1442 г.; женат на Изабелле Французской. Род. в 1419 г.
А в г у с т И н м о р т е , гроссмейстер духовно- рыцарского ордена Сердца Иисусова (иезуитов-меченосцев); дата рождения неизвестна.
А д е л ь д е М о н т а л ь б а н , дочь Сезара Колонны де Монтальбан* и Елены Иверо (сестры графа Клавдия II Иверо), двоюродная племянница графа Мигеля де Монтальбан. Род. в 1435 г.
А л е к с а н д р I , граф Бискайи; сын Рикарда Наваррского* и графини Жоанны Бискайской*, племянник короля Наварры Александра X. Род. в 1424 г.
А л е к с а н д р X М у д р ы й , король Наварры с 1440 г.; женат на Маргарите Кастильской*; отец Маргариты Наваррской. Род. в 1397 г.
А л ь ф о н с о К а с т и л ь с к и й , граф Астурийский, наследный принц Кастилии; сын короля Фернандо IV и Бланки Португальской*; женат на Констанце Орсини. Род. в 1421 г.
А м е л и я А к в и т а н с к а я *, графиня д'Альбре; сестра герцога Филиппа III Аквитанского, тетка Филиппа Красивого; замужем за графом Робером д'Альбре*. (1404 - 1439).
А м е л и я ( А м е л и н а ) д 'А л ь б р е , дочь графа Робера д'Альбре* и Амелии Аквитанской*, двоюродная сестра Филиппа Красивого; замужем за Симоном де Бигор. Род. в 1431 г.
А н н а Ю л и я Р и м с к а я , дочь Августа XII Римского и Изабеллы Французской, принцесса Италии. Род. в 1438 г.
А н т о н и о Г а т т о , приходской священник церкви Св. Иосифа в Толедо, канцлер графства Кантабрия, духовник Филиппа Красивого. Род. в 1390 (?) г.
А р м а н I I I , маркиз Готии, граф Перигора, маркграф Руэрга; двоюродный дед Анны Юлии Римской. Род. в 1388 г.
Г а б р и е л ь д е Ш е в е р н и , брат Луизы де Шеверни*, первой жены Филиппа Красивого. Род. в 1434 г.
Г а с т о н д 'А л ь б р е , граф; сын графа Робера д'Альбре* и Амелии Аквитанской*, двоюродный брат Филиппа Красивого; женат на Клотильде де Труа. 32 года.
Г и й о м А к в и т а н с к и й *, граф де Марсан; сын герцога Филиппа III Аквитанского от первого брака с Катариной де Марсан*; сводный брат Филиппа Красивого. (1421 - 1445).
Г о ш е , камердинер Филиппа Красивого; дата рождения неизвестна.
Г у г о ф о н К л и п е н ш т е й , рыцарь ордена Храма Сионского. Род. в 1415 (?) г.
Д и а н а Ю л и я Р и м с к а я , графиня Иверо; дочь императора Корнелия IX*, тетка императора Августа XII; замужем за графом Клавдием II Иверо. Род. в 1412 г.
Е л е н а И в е р о , дочь графа Клавдия II Иверо и Дианы Римской. Род. в 1435 г.
Ж о а н н а Б и с к а й с к а я , дочь Рикарда Наваррского* и графини Жоанны Бискайской*, племянница короля Наварры Александра X. Род. в 1432 г.
И з а б е л л а А р а г о н с к а я , дочь короля Хайме III и Изабеллы Брабантской, жена Филиппа Французского, графа де Пуатье. Род. в 1428 г.
И з а б е л л а Г а л л ь с к а я *, дочь короля Робера II Галльского* от первого брака с Изабеллой Кантабрийской*; вторая жена герцога Филиппа III Аквитанского, мать Филиппа Красивого. (1415 - 1431).
К л а в д и й I I , граф Иверо; двоюродный брат короля Наварры Александра X; женат на Диане Юлии Римской. Род. в 1410 г.
Л у и з а д е Ш е в е р н и *, дочь мелкопоместного дворянина из Блуа; первая жена Филиппа Красивого. (1430 - 1446).
М а р и я А р а г о н с к а я , дочь короля Хайме III и Изабеллы Брабантской, жена Фернандо Кастильского, графа де Уэльвы. Род. в 1430 г.
М а р к д е Ф и л и п п о , архиепископ Тулузский; внебрачный сын герцога Филиппа III Аквитанского, побочный брат Филиппа Красивого. Род. в 1417 г.
М а т и л ь д а д е М о н т и н и , фрейлина Маргариты Наваррской. Род. в 1437 г.
П а в е л V I I , папа Римский. Род. в 1383 г.
П е д р о А р а г о н с к и й , граф Теруэльский, наследный принц Арагона; сын короля Хайме III и Изабеллы Брабантской. Род. в 1427 г.
Р и к а р д И в е р о , виконт; сын графа Клавдия II Иверо и Дианы Юлии Римской. Род. в 1432 г.
Р и ч а р д Г а м и л ь т о н , барон из Шотландии. Род. в 1427 (?) г.
Р о б е р I I *, король Галлии с 1410 г.; первая жена - Изабелла Кантабрийская; вторая - Гертруда Геннегау; дед Филиппа Красивого. Род. в 1374 г.
Р о б е р I I I , король Галлии с 1440 г.; сын короля Робера II* от второго брака с Гертрудой Геннегау*; женат на Марии Фарнезе; дядя Филиппа Красивого. Род. в 1440 г.
Р о б е р А к в и т а н с к и й , граф де Марсан; сын герцога Филиппа III Аквитанского от первого брака с Катариной де Марсан*; сводный брат Филиппа Красивого. Род. в 1425 г.
С и м о н д е Б и г о р , сын виконта де Бигора, представитель младшей ветви Аквитанского дома; женат на Амелии (Амелине) д'Альбре. 21 год.
Т и б а л ь д д е Т р у а , граф Шампанский; внук короля Франции Филиппа-Августа II*. Род. в 1426 г.
Ф е р н а н д о I V С в я т о ш а , король Кастилии с 1430 г.; женат на Бланке Португальской*; отец Бланки Кастильской; двоюродный дядя Филиппа Красивого. Род. в 1394 г.
Ф е р н а н д о К а с т и л ь с к и й , граф де Уэльва; сын короля Фернандо IV и Бланки Португальской*; брат Бланки Кастильской; женат на Марии Арагонской. Род. в 1428 г.
Ф и л и п п - А в г у с т I I В е л и к и й *, король Франции с 1385 г.; первая жена - Констанца Юлия Римская*, вторая - Маргарита Шампанская*, третья - Батильда Готийская*. (1372 - 1438).
Ф и л и п п - А в г у с т I I I , король Франции с 1438 г.; внук короля Филиппа-Августа II Великого*; женат на Хуане Португальской. Род. в 1408 г.
Ф и л и п п I I I С п р а в е д л и в ы й , герцог Аквитанский, принц Беарнский, князь-протектор Гаскони и Каталонии, пэр Галлии; первая жена - Катарина де Марсан*, вторая - Изабелла Галльская*; отец Филиппа Красивого. Род. в 1398 г.
Ф и л и п п Ф р а н ц у з с к и й , граф де Пуатье, наследный принц Франции; сын короля Филиппа-Августа III и Хуаны Португальской; женат на Изабелле Арагонской. Род 1227 г.
Х а й м е I I I , король Арагона; женат на Изабелле Брабантской. Род. в 1411 г.
Х а й м е д е Б а р е й р о , граф; внебрачный сын Августа Инморте; губернатор провинции Садо Лузитанской области ордена Сердца Иисусова. Род. в 1426 г.
Э л е о н о р а К а с т и л ь с к а я , дочь короля Фернандо IV и Бланки Португальской*, сестра Бланки Кастильской. Род. в 1438 г.
Э р и к Д а т с к и й , шестой сын короля Харальда III и Марии Брабантской. Род. в 1430 г.
Э т ь е н д е М о н т и н и , мелкопоместный дворянин из Русильона. Род. в 1436 г.



Приложение 2
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
(таблицы прилагаются к тексту в файлах формата BMP Image)








назад: Глава 69 <<

Олег Авраменко. Принц Галлии (том 2)
   Глава 38
   Глава 39
   Глава 40
   Глава 41
   Глава 42
   Глава 43
   Глава 44
   Глава 45
   Глава 46
   Глава 47
   Глава 48
   Глава 49
   Глава 50
   Глава 51
   Глава 52
   Глава 53
   Глава 54
   Глава 55
   Глава 56
   Глава 57
   Глава 58
   Глава 59
   Глава 60
   Глава 61
   Глава 62
   Глава 63
   Глава 64
   Глава 65
   Глава 66
   Глава 67
   Глава 68
   Глава 69
   Глава 70


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация